mk.ru : Московский комсомолец

Число зависимых от него с середины нулевых годов постоянно растёт, а в последнее время появились все основания даже не говорить, а кричать во всю глотку о катастрофе, связанной с распространением дезоморфиновой наркомании. В то же время федеральные власти, вопреки просьбам из регионов, совсем не спешат запрещать свободную продажу кодеинсодержащих препаратов.

Представим картинку
Дезоморфин является производным морфина (морфия). Американские фармакологи, обнаружив, что он обладает намного более сильным обезболивающим свойством, чем морфин, попытались применять его в медицине. Однако выяснилось, что эффект обезболивания длится 2—4 часа, а сам препарат очень быстро вызывает привыкание. На этом медицинское будущее дезоморфина было перечёркнуто.

Однако с 2000 года дезоморфин начал появляться в России в качестве наркотика, и к середине нулевых этот вид наркомании приобрёл характер скрытой пандемии. На сегодняшний день дезоморфин в нашей стране — второй по популярности нелегальный наркотик после героина. По различным экспертным оценкам он занимает четверть рынка наркосбыта, постоянно увеличивая свою долю за счёт абсолютной доступности. Кодеинсодержащие препараты и ещё несколько простых и доступных каждому ингредиентов делают среднюю цену дозы очень дешёвой — около 300 рублей, что много меньше, чем тот же героин. При этом и последствия для человека быстро становятся необратимыми.

В наркоманской среде дезоморфин имеет название «крокодил». Связано это с тем, что у принимающего этот наркотик очень быстро возникает некроз поверхностей, и человек словно покрывается чешуёй. По словам главврача Белгородского областного наркологического диспансера Игоря Голощапова, необратимые изменения у дезоморфинового наркомана могут начаться уже через 1—2 месяца с момента приёма первой дозы. Если героиновые наркоманы живут в среднем пять лет, то продолжительность жизни употреб­ляющих дезоморфин составляет 1,5 — 2 года. Причём попытки спасти человека после двух лет применения этого препарата при всём желании шансов почти не имеют. Средний возраст таких наркоманов в России 24—25 лет. Для многих дезоморфин является первым и почти всегда последним наркотиком в жизни.

— Опасность не только в сильном одурманивающем эффекте, но в значительном ускорении возникновения тяжёлых последствий, — отмечает Игорь Голощапов. — Это токсикомания, серьёзные поражения сосудистой системы, распространение гнойно¬септических поражений кожной, подкожно¬жировой клетчатки и внутренних органов. Связаны такие последствия с наличием не только самого наркотика, но и экстрагирующих веществ — ацетона, производных уксусной и муравьиной кислот. Поражается и центральная нервная система, а для начинающих наркоманов велик риск передозировки.

Если уйти от медицинских терминов к тому, что видит простой обыватель, — дезоморфиновые наркоманы в буквальном смысле гниют. Изнутри и снаружи. Быстро и бесповоротно. Сказать, что это жуткое зрелище — не сказать ничего. Кадров полно: «Яндекс» в помощь. Только смотреть не перед едой и не после оной, пожалуйста.

 

В какие бить колокола?

В Белгородской области, по данным Управления внутренних дел, в 2009 году было  установлено 25 фактов потребления дезоморфина. В конце 2010 года под наблюдением наркологической службы их было уже 49, а к концу первого полугодия 2011 года число дезоморфинистов возросло до 132 человек. Причём совершенно очевидно (эксперты этого и не отрицают), что реальное число таких наркоманов много­много больше. По мнению специалистов, изучающих проблему, в первую очередь надо ограничить свободную продажу кодеинсодержащих препаратов, введя только рецептурный отпуск.

В Белгородской области о таком законопроекте говорили ещё год назад. Однако весь фокус в том, что оборот таких лекарств регулируется федеральным законодательством. То есть по факту регионы бессильны, пока такое решение не примут в российском правительстве. В итоге на уровне Белгородской области в 2010 году аптекарей лишь попросили сообщать о фактах скупки препаратов в больших количествах подозрительными людьми. Но белгородским наркополицейским так и не поступило ни одного сообщения.

А что правительство?

Такую политику в правительстве связывают с тем, что многие люди постоянно покупают кодеинсодержащие лекарства для нормальных целей. Это, например, обезболивающие препараты  «Пенталгин-Н», «Нурофен Плюс», «Седальгин», «Седал-М», «Каффетин» или препараты от кашля «Коделак», «Терпинкод», «Кодтерпин».

Лекарства, и правда, спросовые. Очень. Но тогда можно либо поверить, что у многих жён в России действительно ночью «болит голова», и от этой боли они спасаются исключительно кодеинсодержащими таблетками, либо услышать того же Виктора Иванова, который в апреле нынешнего года заявил, что половину всех кодеинсодержающих препаратов аптеки продают наркоманам.

Нет, действительно, вышеназванные лекарства помогают больным. Они, в общем­то, очень хорошо действуют. И, да, рецепт создаст дополнительный барьер для их получения. Но ведь только за этот год отсрочки в России погибнет или станет на смертельный путь огромное количество человек. То есть это не вопрос избавления от боли или кашля. Люди просто умрут.

В Интернете (да и не только в нём) есть версия, что чиновники в правительстве (в том числе из Минсоц­здрава) имеют отношение к владельцам фармакологических холдингов и аптечных сетей. Конечно, хотя бы исходя из принципа презумпции невиновности, эти слухи стоит отнести к проискам врагов и недругов российского правительства: американских шпионов, Аль-Каиды и лично Бориса Березовского. Но если… Если вдруг в этом есть хоть доля правды? Это ведь уже никакая не коррупция. Не откаты-взятки­подарки. Это прямое уничтожение российского народа в угоду материальной выгоде. Но мы же договорились, что это сказки, да? Враки и выдумки! Точка.
На местном уровне

В итоге уже весной в Белгородской области власти начали вновь готовить законопроект о рецептурном отпуске кодеинсодержащих медикаментов. Столкнувшись с тем, что он будет противоречить федеральному законодательству, в регионе было решили отпускать препараты не по рецептам, а по выпискам в медицинских картах. То есть эти лекарства формально остались бы в списке безрецептурных, но купить их было бы уже не так легко.

Однако в департаменте здравоохранения столкнулись с тем, что контролировать этот механизм попросту некому. Потому как его не существует, нет и органов, проверяющих его исполнение. Иными словами, такой закон оказался бы совершенно нерабочим. В итоге белгородские здравоохранители предложили депутатам областной Думы всё-таки ввести рецептурный отпуск кодеинсодержащих препаратов на территории Белгородской области.

Депутаты дебатировали. В том, что рецептурный отпуск нужен, законодатели были единодушны. Вопрос заключался лишь в противоречиях с федеральными законами. Комитет по социальной политике Думы собирался дважды, и 30 июня, хоть и не единогласно, но большинством голосов выступили за законопроект, к которому у прокуратуры уже есть серьёзные претензии. В своём решении депутаты руководствовались тем, что процедура отмены закона займёт определённое время — около полугода — и всё это время закон успеет поработать, что позволит наконец­-то ограничить фактически свободную продажу смерти. Согласно принятому документу, в силу только рецептурный отпуск препаратов вступает через 10 дней после официального опубликования в областной газете. То есть на данный момент аптеки области уже должны отпускать кодеинсодержащие препараты только по рецептам.

В областном наркодиспансере отмечают, что, несмотря на неудобства в получении лекарств для не наркоманов, введение рецептурного отпуска крайне важно. «Хочется довести до жителей нашей области, что данная ограничительная мера необходима только во благо здоровья, поскольку масштабные злоупотребления кодеиносодержащими анальгетиками могут привести к полному запрету данных препаратов», — отмечают в учреждении. В то же время в аптеках может появиться ещё одна проблема. Аналоги попавших в рецептурный список препаратов могут «вдруг» подорожать. А затем и причина найдётся. Подвести факты под задачу в России умеют прекрасно, особенно когда стоит задача заработать при первой же возможности и любым способом. Синдром домодедовских таксистов, он же не только им там, в Домодедово, присущ. Это не свойство местности, а последствие тяжёлой болезни всего российского общества. Тем более история с «Арбидолом» в эпидемию гриппа уже подтверждала умение аптек «вовремя» порулить ценами.

Надо сказать, что власти Белгородской области не первыми решились на такой шаг. Аналогичные законы уже принимались во многих регионах. Кроме того, некоторые субъекты РФ находят и иные способы борьбы с распространением дезоморфина. Например, Минздрав Красноярского края выпустил «этические декларации», которые подписали 500 аптек. Согласно им, препараты с кодеином не будут продавать детям и подросткам, отпускать в ночное время, а в дневное соблюдать норму отпуска  — не более двух упаковок в руки. Кстати, норма две упаковки в руки «действует» давно по всей России. Однако «действует» именно в кавычках: как и многие законы, лишь на бумаге.