mk.ru : Московский комсомолец

Пятым будешь?..

Ровно неделю назад, 28 июня, первый вицепремьер РФ Виктор Зубков, выступая на заседании правительственной комиссии по вопросам развития АПК, заявил, что с этой бедой никак справиться не удаётся. Более того, чума, двигаясь с юга России, осваивает сейчас Центральный и Северо­-Западный округа. Чего в прошлом году не было. И по количеству очагов заболевания в этом году лидируют Краснодарский край, в котором их пять, и Тверская область с четырьмя очагами. А с начала 2011 года санитарная статистика кричит: Ставропольский, Краснодарский края, Нижегородская, Ленинградская, Ростовская, Волгоградская области. Короче, прошлогодняя мрачная картина, когда регионы сжигали тысячи трупов свиней на кострах, вновь нарисовалась. Так что ли? Тогда невольно возникает вопрос: а кто виноват в этом безобразии, которое происходит в стране уже третий год подряд?  

Не буду ни в кого тыкать пальцем — потому как его могут отгрызть,  —  но короткую справку, вывод из которой можно без труда сделать, дам…

 Африканская свиная чума называется так потому, что свирепствует к югу от Сахары, крайне редко вырываясь за пределы Чёрного континента. В Европе последний раз она отмечалась в 1957 году в Италии, Испании и Португалии. После 1990 года, по данным ООН, вне Африки её не засекали. На территории бывшего СССР вспышка «африканки» была зарегистрирована один раз: в 1977 году. Это была Одесса. Тогда 410 тысяч поросят, прибывших из Африки, уничтожили на месте. И весь транспорт, который притащил чуму, угнали пограничными сторожевиками  до границ нейтральных вод Советского Союза и зачистили до блеска. Всё! С тех пор «поросячья чума» на территории СССР не встречалась ни разу. К сожалению, это — история. Сейчас же неблагополучными по теме «африканская чума свиней» являются четыре страны. Сплошь — африканские. Но, как говорят, испуганно оглядываясь, специалисты из областного Россельхознадзора, их скоро будет пять. (Догадайтесь, кто пятый?).

И вот на этом тусклом фоне наше правительство принимает «соломоново» решение.  Первый вицепремьер заявил, что правительственная комиссия по АПК дала поручение разработать меры поддержки свиноводческих хозяйств, если они переходят на альтернативные виды животноводства. В частности, «на заседании рассматривались варианты поддержки развития овцеводства, козоводства и кролиководства». (Коневодства, правда, в повестке дня не было. Но, думаю, скоро будет.) Обещали даже дать регионам  компенсацию за смену их ориентации.  

А если завтра война? Вот такое, безвольное государство, что будет делать тогда?
Да, это — вопрос…

«Не верю!»

И потом, как область поднимала свой, личный,  свинокомплекс, знают немногие — близкие к правительству области личности. Трудно она его поднимала. Со скрипом и унижением. Семь лет назад, чтобы получить кредиты от «жирных» банков,  в залог шло всё, включая административные здания. И вот теперь, когда область производит каждый пятый килограмм свинины в России, ей говорят: «А давайте профиль сменим. И вместо свиней выращивайте лошадей… А вместо кур — козлов. Потому как и курицы болеют птичьим гриппом». Давайте! Только мы это уже проходили: кукуруза в Заполярье и отборная пшеница в Забайкалье.  Словом, непотопляемый Хрущёв всплывает из Чёрного моря уже не пенсионером, как в старом анекдоте, а неизбежностью… И  неделю назад правительственная комиссия обсуждала ещё одну радикальную меру из его же арсенала: запрет на разведение свиней в личных и фермерских хозяйствах. Такие экстренные меры, как утверждают «независимые» аналитики, тусующиеся возле Спасской башни,  обусловлены тем, что сейчас инфекция постепенно подбирается к Белгородской области, где сосредоточено до четверти российского поголовья свиней.

Здорово! По­древнерусски: «Зашибись!»  Вместо того чтобы привести в порядок погранслужбы, отладить таможню, санитарные службы и калёным железом выжечь воровство и бардак на границе, власти решают перевести стрелки внутрь страны: загубить производство свинины, а затем — года через два — закупать мясо  в Канаде, Америке или Бразилии. Потому что импорт — это большие откаты и знатная кормушка для «кувшинных рыл». Если так, то данный шаг крепко отдаёт недомыслием. Во­первых. А вовторых, здорово смахивает на измену Родине. Ладно, я понимаю: удивительный Зубков и Скрынник, как министр сельского хозяйства чужой для неё России, — могут упражняться в своих фантазиях. Но почему молчат первые лица государства, когда речь напрямую идёт о национальных интересах? Боже, неужели и они тоже?..

«Не верю!» — как крикнул Станиславский, когда на сцене заквакали живые лягушки.

Дурак свинье — товарищ

«Россию охватила небывалая эпидемия», — уверяют нас центральные СМИ. И расписывают: «На данный момент на закрытый режим работы переведены крупные свиноводческие комплексы в 33 регионах страны. В 34 субъектах Федерации введён полный запрет на скармливание свиньям пищевых отходов… Животные «отчуждаются», забиваются и направляются на переработку на мясокомбинаты…» И т. д.

Следует ли из этих «ужасов»,  что масштабы эпидемии будут нарастать? Нет, не следует. Потому как даже в прошлом году, когда истерика о чуме достигла апогея, цены на свинину выросли в Белгороде — от силы — процентов на восемь… И в этом году они подросли ещё процентов на пять. Ерунда, если взять для сравнения сахар (150 %), гречку (400 %), хлеб (12 %), масло подсолнечное (50 %), сливочное (35 %), молоко и его продукты (под 48 %). Почему же свинина за два года удержалась в шкале 15 %? Это, согласитесь, смахивает на какое­то чудо, когда все наши цены на продукты перешли в безудержный галоп.

Ответ прост, как репка: цены надо держать. Волевым решением. И область их держит, имея в резерве четверть всей российской свинины. Удержит ли? Не знаю. Потому что та же вырезка в вакуумной упаковке производства одного нашего мясокомбината (дальше уже — реклама) в Москве стоит ровно в два раза дороже, чем на Центральном рынке Белгорода. И куры из Белгорода в столице дороже раза в полтора. Это я к чему говорю? Да к тому, что рынок надо держать в узде. Если, конечно, ты радеешь за государство. Ну а если надо набить личный карман — тут история умолкает. И я вместе с нею.

Мрачная драматургия

Да, угроза есть. Свиноводство Ставропольского края, к примеру, в прошлом году уменьшилось на треть. Ростовская область потеряла примерно столько же. Финансовые потери там исчисляются сотнями  миллионов рублей. Такая мрачная драматургия заставляет власти нашего региона принимать жёсткие, чрезвычайные меры безопасности. Беспрецедентные, как любят нынче говорить.

Белгородская область пока локализовалась от этой беды. И только потому, что губернатор всех построил и дышать «спецслужбам» даёт только через раз. Это — государственная воля. В отдельно взятом регионе. Иначе — нельзя.  Третий год вокруг области штормит свиная чума, но регион держится. Почему? Да потому, что дело надо делать, а не свистеть о козловодстве и кроликах. Ещё два года назад, когда Краснодарский край и Ростовская область жгли свои свинокомплексы, на заседании правительства области губернатор потребовал надзорным службам мобилизоваться «до военного положения» и принять все меры, чтобы в область чума не попала. И глава региона, нажав на них сильно, вынудил их к вразумительности: речь идёт «товарищи!» о спасении не просто отрасли животноводства, а движущей силы всего сельского хозяйства области. И дал понять: отрасль погибнет — все останемся без денег. И безналичных, и личных. Чиновники вздрогнули… И никаких церемоний: жёстко, законно и быстро. Любой товаропроизводитель, который занимается свининой и не обеспечивает санитарной безопасности, в кратчайшие сроки должен быть изъят из «товарооборота»… «Указывайте конкретно — кто, где и почему! И через два часа там будет стоять ЧОП, ОМОН или милиция, и не пропустит туда ни одного человека. Мы вынудим закрыть эту ферму и уничтожить её. Нам такие фермы не нужны на территории области!» — внушал тогда губернатор надзорным службам.

И службы работают. И третий год под контролем… Россельхознадзор по Белгородской области  вместе с областной ветеринарной службой регулярно, если им верить, обследуют все хозяйства и личные подворья, где содержатся свиньи. Кроме того, третий год идёт тщательная проверка подсобных хозяйств всех исправительных учреждений, которые могут стать очагом эпидемии.

Нарушения здесь есть. По большей части —  халатность и глупость: используются никудышные  ветпрепараты, плохие корма, отвратное санитарное состояние помещений, где содержатся свиньи. Кстати, в «исправительную» тему… Занятная вещь, но основными виновниками распространения эпидемии по стране на прошлом заседании правительственной комиссии  — в начале июня — были названы войсковые части Минобороны, МВД, ФСБ, ФСО и ФСИН. Цитирую: «Именно с их складов инфицированная АЧС продукция свиноводства попадает на столы личного состава, а затем в пищевые отходы, которые идут на корм свиньям». Короче, круговорот еды в УФСИНе. (Гоголь отдыхает!)  К проверке свинокомплексов в силовых ведомствах готова была подключиться Генпрокуратура. Подключилась ли — не знаю. Решение правкомиссии месячной давности утонуло где­то. Концов я не нашёл. Но дело даже не в том, что виновные в эпизоотии были «назначены». Тут дело в подходе к проблеме. Она даже на вскидку выглядит местечковой и неумной. Смешно, что объедки со столов наших бойцов — причина разгула свиной чумы по полям великой страны. И потом, где логика: все наши воины, съев «дурную» свинину, должны были оставить державу без щита, уйдя в лазарет или на худой конец — в туалет. Нет. Не ушли. Они державу держат каждый час. Крепкими, мозолистыми руками. Вопреки всем свиньям.

Узкие места в обороне

Первая дыра  — это личные подсобные хозяйства (ЛПХ). Отследить их, как бы ни упирался Россельхознадзор в своих отчётах, — нельзя. Будем хоть в этом месте честными… Наш человек не немец, и отзываться на разумные призывы властей он не умеет. От сознания доморощенного хозяина, который держит на подворье 10—15 чушек,  африканская чума так же далека, как и сама Африка. Это, увы, не заблуждение. Это — клиника, крепко настоянная на жадности. И лечению не подлежит.

Вторая дыра — свинокомплексы. Здесь положение, конечно, иное, нежели в ЛПХ. Для сотрудников — строжайший санитарно­пропускной режим. Для всех остальных — вход на комплексы только с официального разрешения главного санитарного врача. Прибывающая техника обрабатывается парогенераторами, реагентами, проходит через дизбарьер. Люди, которые приходят устраиваться на работу, подписывают договор, на основании которого им запрещено держать в своём личном подворье свиней, чтобы не притянуть какуюнибудь заразу на комплекс. Но, замечу, среди сотрудников комплексов неизбежно всплывают «партизаны», кто пытается обойти этот запрет и переходит, как старые большевики, на подпольное содержание животных: у хороших знакомых, у родственников, у милой тёщи и даже  — не поверите! — варганят поросячьи схроны на отшибе села. Увы, втиснуть русского животновода в узкие рамки закона — гиблое дело. Можно лишь с треском уволить его с работы, лишив его семью 17 тысяч в месяц. Если, конечно же, конспиративных поросят этого работяги ещё найдут в ближайшей лесополосе. Но народ в сёлах стоит друг за друга горой. Нет, не ради справедливости, а потому как у самих рыльце в пушку. И никаким сотрудникам Россельхознадзора своих земляков они не сдают. «Баста! И отвяжитесь с вашей чумой, дураки!»
Словом, вот они — узкие места в круговой обороне, которую заняла область во время массированной атаки вируса.

В регионе работает «пятая колонна» в лице аборигенов, которые культивируют жадность  и  врождённую тупость. К сожалению, от человеческой глупости, как и от африканской чумы, вакцины до сих пор нет. И потому, имея дело с владельцами частных подворий, ветеринарным службам приходится полагаться на бдительность хозяина и наличие у него крепкого крестьянского ума, который убережёт последнего от бестолковых поступков и партизанщины. Но вот беда — закон и санитарные нормы вызывают у хозяина неодолимый зуд на них забить. Назло всем!

Не надо бы этого делать. Плохо будет. Всем плохо. И подворье его, если оно окажется «под чумой», сожгут враз!  Компенсируют ущерб через суд и через полгода. Или через год… Или никогда.  Вывод — сам виноват. Думать надо было, а не жадничать. Потому что, как показывает жизнь, свобода личности и врождённая глупость, смешанные в одном флаконе, дают гремучую смесь, которая убивает всех окружающих, невинных и доверчивых.

Так вот, все российские специалисты сходятся в том, что основной причиной (ежегодной уже) вспышки чумы у нас в стране выступает не свинья, а человек, который ведёт себя хуже, чем африканская чушка… Эгоистично и глупо.

Третья дыра… Да, границы Белгородской области работают в режиме фильтрации. Во время паники — круглосуточно, когда отпускает — по графику. Ветеринарномилицейские пункты пропуска трудятся: автогруз проверяется, машины, если везут поросят или мясо из них, — дезинфицируются. В область запрещён ввоз живых свиней для их дальнейшего убоя и переработки без разрешения, выданного управлением ветеринарии при правительстве региона. Из краёв России, где ходит чума,  также запрещено ввозить всю продукцию животного и растительного происхождения. Без проведения санитарной обработки транспорта и документов, подтверждающих это, ни одна машина не должна въезжать и передвигаться по области.

В международных пунктах пропуска на территории области должен идти контроль над багажом, продуктами питания, которые пытаются провезти с собой пассажиры. Но последний пункт — в ведомстве пограничников, которые координируют движения и шаги всех санитарных служб на «своей» территории. И в этом месте — дыра. Потому что региональные власти не могут, т. е. права не имеют, вмешиваться в работу федеральных структур. Ну а как работают эти «структуры», видно, скажем, по бедламу, который творится на той же «Нехотеевке». Наглядно видно… И «Нехотеевка» стала ругательным словом, если глянуть в Интернет. Так вот, если чума ворвётся в нашу область, то виноваты будут куркули, погранцы и тупицы.

Но доказать их вину — когда наш свинокомплекс уйдёт в дым — невозможно будет даже Папе Римскому. Это будет конец. Амба!  Как говорят гольды.