mk.ru : Московский комсомолец

«Родился и вырос я в этом селе, — рассказывает Сергей (имена всех героев рассказа вымышлены — прим. авт.). — Окончил в 2000 году местную школу, но не захотел уезжать из родной деревни. А куда? Как и что в деревне, знаю, работа в нашем колхозе есть, на строительство дома деньги выделяют. Что ещё нужно? Тем более уже завёл семью, нужно о ней думать, а в городе меня никто не ждёт. Правда, прошло несколько лет, и по деревне поползли слухи, что колхоз может в скором времени развалиться, и я подумывал о том, чтобы как­то подстраховаться на будущее.

В селе уже несколько лет гоняли контрабанду из Украины. Места здесь тихие — на самой границе живём, вот выбрали наше село в качестве перевалочной базы. Контрабандистов у нас многие недолюбливают, ездят они в основном по ночам — гоняют, фары не включают, спать не дают. Один раз даже въехали в какую-то машину, вылезли, кинули на сиденье водителю десять тысяч и умчались. Я ещё тогда подумал, что зарабатывают они немало, раз такими деньгами швыряются. К этому времени я как раз дом достраивал на деньги, что в колхозе на строительство дали, и гараж большой построил. С контрабандистами в селе мало кто общался. А те, кто всё-таки их знал, говорили, что ребята они нормальные. Машины у них переделанные, чтобы по бездорожью в любую погоду ездить. Начали некоторые из сельчан постепенно вливаться в ряды незаконного перевоза товара. Больше всех в этом преуспел Дмитрий Иванович. У него во дворе уже несколько ангаров под товар стоит. Он ещё «зелёный коридор» для них открывает. Как это? Да очень просто: сидит его сын весь день в машине на дороге, где товар будут провозить, и следит за тем, чтобы милиция не проезжала. Чуть что, сразу сообщает по рации, да и с пограничниками у Иваныча связи есть. Ивановича я ещё с детства знал, дела у него хорошо шли — в соседнем селе автомастерскую держал, в общем, деньги всегда водились.

Моё знакомство с контрабандистами произошло совершенно случайно: ехал с работы поздно вечером — тогда ещё сильный ливень прошёл — увидел стоящий возле дороги уазик. Я сразу понял, кто это. Конечно, не хотелось связываться, но как человеку не помочь, тем более сам водитель и знаю, что такое застрять посреди поля. Пришлось вытаскивать. Дотащил его до дома, у меня ведь трактор был, я на нём иногда домой приезжаю. С машиной пришлось повозиться. Поломку исправили, но не полностью — машина едва трогалась с места, и весь груз пришлось выгрузить. Гость попросил подержать груз пару дней у меня, пока не заберут. Мне пришлось согласиться. Так я и познакомился с Пашей. Сам он, как говорит, живёт в 30 километ­рах отсюда, но только на Украине, в небольшом селе, работы там совсем никакой нет, да и вообще у них плохо с этим:  платят копейки, а в семье двое детей, жить на что­то нужно, вот и  «подрабатывает».

Спустя пару дней ночью при­ехали несколько машин, быстро всё погрузили, заплатили мне 100 долларов. Брать я не хотел, но Паша настоял. В общем, сам того не замечая, я постепенно начал заниматься контрабандой. Приезжали они пару раз в неделю, оставляли товар, забирали его уже другие люди, как я понял, с нашей стороны. Куда его везли, я не спрашивал, да и не нужно мне это было, как говорится, меньше знаешь — крепче спишь. Платили 30 долларов за один уазик, в гараже у меня помещалось около десяти, так что выходило неплохо. Так я и жил: днём работал в поле, а ночью принимал товар. Денег хватало, чтобы сделать хороший ремонт в доме, купить отличную бытовую технику, могу честно сказать, что в деньгах я перестал нуждаться. Несколько раз пришлось даже покататься на машине Паши, правда, не без происшествий. Машина перевернулась, когда мы от пограничников сматывались, я подумал, что всё, если поймают — тюрьма точно светит, однако всё обошлось, машину быстро перевернули обратно, поставили новый аккумулятор, они всегда у них в запасе, а ещё куча запчастей: машины в таких условиях часто ломаются... Короче,  ушли мы от погони. Да, работа у них рисковая, другого тут ничего не скажешь. Постепенно я начал вникать в суть товарооборота. Оказалось, что весь товар везут в один из посёлков нашего района, там они большой ангар арендуют, а потом грузят в фуры и по всей России развозят.

В этом «бизнесе» я около трёх лет продержался. Закончилось всё так же внезапно, как и началось. Стал я замечать, что под моим домом стали крутиться машины: в основном иномарки с тонированными стеклами. Тех, кто сидел внутри, разглядеть было невозможно. Поначалу я не уделял этому внимания, мало ли кто это мог быть. Шло время, а машины всё чаще стали крутиться около моего дома. И в какой­то момент стал я бояться того, что всё это может закончиться, и, скорее всего, очень плачевно для меня самого. Пришлось попросить нашего участкового, чтобы он проверил, что за люди постоянно ездят возле моего дома. Всё оказалось очень просто — это были сотрудники ФСБ. Долго думать не стал — всё бросил. Уж лучше я с зарплатой механизатора буду жить, чем коротать десяток лет в местах не столь отдалённых. А у меня ведь жена и дети. Начал всё из-за них, из-за них и закончил».

Не знаю, что в этом рассказе чистая правда, а что — плод фантазии моего приятеля, но думается мне, что эта история имеет право на существование хотя бы для того, что бы те, кто занят борьбой с контрабандой, получили ещё одну иллюстрацию явления, с которым им приходится по долгу службы иметь дело. Насколько успешно, кто знает.